Санкт-Петербургский университет
   1   2-3   4   5   6   7 
   8  9   10  11  12  13
   14  15  16  17  18  19   
ПОИСК
На сайте
В Яndex
Напишем письмо? Главная страница
Rambler's Top100 Индекс Цитирования Яndex
№ 2-3 (3788-3789), 20 февраля 2009 года
студенты: прошлое и настоящее

«В университете я бываю много…»

Студенческие письма Дмитрия Святополк-Мирского

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890–1939) известен в России и на Западе как историк литературы и литературный критик. Его «История русской литературы с древнейших времен до 1925 года», впервые изданная в Лондоне, уже более восьмидесяти лет служит незаменимым учебным пособием для англоязычных студентов. Не так давно ее перевод на русский язык появился и у нас — сначала в Магадане, потом в Новосибирске.

Д.П.Святополк-Мирский. 1908 г. (ЦГИА СПб)

Д.П.Святополк-Мирский. 1908 г. (ЦГИА СПб)

Автор вернулся на Родину в 1932 году (после многолетней работы в Королевском колледже при Лондонском университете) с помощью М.Горького, а через год после его смерти был арестован и отправлен в колымский лагерь. Пять лет литературно-критической деятельности в Москве были очень плодотворными. В Ленинград он приезжал часто, так как был сотрудником Института русской литературы. Здесь журнал «Звезда» в начале 1937 года стал печатать биографию А.С.Пушкина, которую Святополк-Мирский подготовил для серии «Жизнь замечательных людей». Работая над ней, он, конечно, вспоминал занятия «у Венгерова в Пушкинском семинарии», о чем сообщал во втором из впервые публикуемых писем к отцу — П.Д.Святополк-Мирскому, известному государственному деятелю начала ХХ века, который после отставки в 1905 году почти безвыездно жил в родовом имении под Харьковом.

Но прежде, в начале августа 1908 года Дмитрий написал ректору университета:

 

Его Превосходительству Господину Ректору
С.-Петербургского Императорского университета
князя Димитрия Петровича Святополк-Мирского
Прошение
Честь имею просить Ваше Превосходительство о зачислении меня в число студентов
С.-Петербургского Императорского университета по факультету Восточных языков. При сём прилагаю: 1) Аттестат зрелости № 943. 2) Метрическое свидетельство за №9070. 3) Свидетельство о состоянии за № 757. 4) Свидетельство о приписке к призывному участку № 2376. 5) Фотографическую карточку.
Другие две фотографии будут высланы дополнительно на этих днях.
5 августа 1908 г.
ст. Люботин Южных ж.д.
с<ело> Гиёвка
Князь Димитрий Святополк-Мирский
(Центральный государственный исторический архив
Санкт-Петербурга.
Фонд 14. Опись 3. Дело 52715. Лист 1а)

 

11 августа письмо было зарегистрировано секретарем Совета С.-Петербургского университета. 13 августа 1908 г. появился штамп: «Документы проверены». И, наконец, штамп: «Зачислен в студенты. 31 августа 1908. Ректор».

Упоминаемые в письмах к отцу имена и фамилии, иногда очень известные, — это многочисленные родственники и друзья его и всей семьи Святополк-Мирских. Достаточно сказать, что мать Дмитрия — дочь егермейстера графа А.В.Бобринского. Алеша, Ольга и Соня — его младший брат и сестры. Софья в это время уже была фрейлиной императрицы Александры Федоровны. После победы в Великой Отечественной войне она вернулась на Родину, а в 1963 году по ее просьбе Генеральному прокурору СССР состоялась реабилитация Дмитрия.

 

I
Петербург
5 октября 1908
Дорогой отец,
до сих пор я еще не слышал ни одной лекции. Первый раз в университете я был 30-го. Я получил материал, но на лекции записаться не успел. Анархия была поразительная, говорили речи, собирались сходки, даже дрались. 2-го сентября была сходка, кончившаяся дракой; несколько человек избито, и университет из-за этого на следующий день был закрыт. 2-го вечером было собрание беспартийных против забастовки. Я там был. Впечатление от б/п очень невыгодное. Нерешительность, вялость и полное бессилье. Союзники (Члены Союза русского народа. — В.П.), хоть и совсем дики и некультурны, умеют добиваться того, что хотят, а умеренные — ужасные мокрые курицы. Я записался в Союз 17 октября, но я думаю, что проку от октябристов не будет. Сегодня однако же Совет профессоров открыл университет и есть надежда, что завтра будут лекции.
Я собираюсь слушать китайский и японский, а с весны, если будет время, — персидский. В университете довольно много знакомых, между прочим Сухотин, Мейендорф и Шувалов. Здесь был Михаил Катков. Борис Голицын и Кирюша (юнкером) уже появлялись. Была тоже Софья Александровна, гр.А.И.Шувалова, Врангели, Нина Охлобысто. Мы два раза обедали у Поповых.
Целую руки Нине, целую Соню, Ольгу, другую Соню, Марусю.
До свидания, целую
твой сын Димитрий
(Государственный архив Российской Федерации.
Ф. 1729. Оп. 1. Д. 1328. Л. 16–17)

 

2
Петербург
31 октября 1908
Дорогой отец,
очень благодарю тебя за письмо и за перевод. Здесь ничего особенного не делается. Возят на санях. Нева стала окончательно и Дворцовый мост все еще разведен. День именин я провел в Гатчине. Там были тетя Мая Пушкина и одна из княжон Сумбатовых. Борис был болен, теперь он поправился. Алеша в среду был у Улановского и заходил ко мне. Завтра мы с ним обедаем в Царском у Сони. В университете я бываю много и кроме своих лекций слушаю Зелинского, Введенского, Толстого, Шахматова. Кстати, Толстой хоть не бывший ли министр? Кажется, что да. Сегодня вечером я буду у Венгерова в Пушкинском семинарии. Я поступил в Славянское общество, в котором большую роль играет Сухотин. Кажется, оно совершенно ни к чему. До свидания. Целую.
Твой сын Димитрий
(Там же. Л. 21–21 об)

 

3
Петербург
15.XI. 08
Дорогой отец,
очень благодарю тебя за письмо.
К славянскому вопросу я не пессимистически отношусь. Наоборот, я очень верю в его благополучное разрешение, особенно если будут улажены старые распри: наша с поляками и сербов с болгарами. Кажется, к этому идет. Но я только нахожу, что состав студенческого Славянского общества не обещает что-нибудь хорошего и прочного. Газет я не читаю; говорят, что Вильгельм очень скандалит; что у немцев будет война с англичанами; и что кн. Голицын [произнес] прекрасную речь. А какой удар Китаю смерть Цы-Си!
Сегодня я завтракал у Бобринских, они приехали 3 дня тому назад. Сейчас я еду с Алешей и с Борисом в Гатчину. 22-го я собираюсь в Москву и там останусь до вашего приезда. Я там между прочим буду заниматься в Румянцевском музее. Сухотин принят в Лицей.
До свидания, целую. Твой сын
Димитрий
(Там же. Л. 23–23об)

 

Как ясно из второго письма, Святополк-Мирский посещал лекции на историко-филологическом факультете — Арсения Ивановича Введенского, Ф.Ф.Зелинского, И.И.Толстого, А.А.Шахматова. Учился у С.А.Венгерова. И, конечно, от Венгерова — интерес к творчеству А.С.Пушкина (первую биографию поэта Святополк-Мирский написал по-английски — London, 1926). От Ивана Ивановича Толстого (он около полугода занимал пост министра народного просвещения в правительстве С.Ю.Витте), известного археолога и нумизмата, вице-президента Академии художеств, — интерес к русской истории, живописи и русскому средневековью (в ХХ веке книга Святополк-Мирского по русской истории выдержала несколько изданий на разных языках). Наконец, от Шахматова — глубокое понимание фольклора и языковых явлений, в частности, русского синтаксиса, что характеризует все творчество Святополк-Мирского — литературного критика.

На Восточном факультете кроме японского, китайского и итальянского языков Святополк-Мирский изучал историю Востока — лекции академика В.В.Бартольда и члена-корреспондента Н.И.Веселовского (он вел также раскопки курганов на юге России), слушал лекции по логике председателя Санкт-Петербургского философского общества Александра Ивановича Введенского и по языкознанию члена-корреспондента И.А.Бодуэна де Куртенэ. Им он сдавал экзамены с оценками «весьма удовлетворительно», а вот по истории Востока — только «удовлетворительно».

В другом письме первокурсника к отцу можно прочитать: «Китайский язык чрезвычайно интересен и увлекателен, хотя все-таки довольно труден». Может быть поэтому, а еще под влиянием друзей и семейной традиции или неудачи с первой книгой стихов (в печати ее сурово оценил Н.С.Гумилев), — отучившись шесть семестров, двадцатилетний Святополк-Мирский решил уйти во Владимирское военное училище и оставил университет.

 

Его превосходительству Господину Ректору
Императорского
С.-Петербургского университета
студента Восточного факультета
Димитрия Петровича Святополк-Мирского
Прошение
Представляя при сем свидетельство на жительство, метрику, билет на право посещения лекций и справку из библиотеки С.-Петербургского Университета, имею честь покорнейше просить уволить меня из числа студентов С.-Петербургского Университета.
Д. Святополк-Мирский
1911 мая 28 дня
(ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3. Д. 52715. Л. 9)

Прошение — типографский бланк, только название факультета, имя просителя, подпись и число — автографы. В левом верхнем углу штамп: «Уволен. 28 мая 1911. Ректор [подпись]».

 

Впереди Святополк-Мирского ждали девять лет военной службы — сначала в 4-м стрелковом полку, охранявшем императорские дворцы Царского Села, потом на Западном и Кавказском фронтах, потом в «Вооруженных силах Юга России». Времени было достаточно, чтобы понять, что его призвание — литературный труд, продолжение и обновление культурных традиций великих учителей и ученых Санкт-Петербургского университета. 

В.В.Перхин,
профессор кафедры истории журналистики
Факультета журналистики

© Журнал «Санкт-Петербургский университет», 1995-2009 Дизайн и сопровождение: Сергей Ушаков